Комментариев нет

  1. Мужик был конечно сильный и выносливый, но имхо мечта оказалась незнанием реальности, многие живущие в странах бывшего союза ,до сих пор думают что заграница это Рай, другая планета. Им кажется что Тут все по другому. Ну чего он добился в конце концов, стал работать на такой же работе что и работал,сделал семью которая осталась в союзе несчастной,их наверно нехило пресовали после его побега. Эгоизм чистой воды.

  2. [quote="cameraman":h3zismws]..Ну чего он добился в конце концов..[/quote:h3zismws]

    Свободы…
    Любимой работы в стране/городе, что по душе.
    С возмож ностью поехать в любую точку мира..

    Мы не в праве судить о личной/семейной жизни кого-либо. Мы не знаем всего, и не надо знать..

    Жена о С.Курилове:
    Мы прожили вместе всего одиннадцать лет, но именно благодаря им я живу и по сей день и совершенно не ропщу на судьбу. За эти годы я получила больше любви и тепла, чем могла мечтать. Люди такого, может быть, не получают за всю жизнь.— Слава смерти не боялся. Прочитав книгу, вы поймете, что он «бывал» в том мире.
    Он, наверное, как всякий человек, боялся смертного часа и мучений, и смертный страх ему был хорошо знаком, но самой смерти он не боялся, зная, что это — продолжение жизни. Когда-то мы с ним говорили об этом, и он объяснил, что страха быть не может быть, что это совершенно разные вещи — земная жизнь и то, что находится за ее пределами. Наверное, поэтому я и могу жить после его смерти. Я ведь знаю, что для него не существовало вопроса: есть ли жизнь после смерти? Для него было однозначно, что это — продолжение жизни в других категориях. Вот чего он действительно боялся, так это немощи. Он боялся быть прикованным к постели, к
    капельницам, ко всевозможным трубкам. Он незадолго до смерти побывал в больнице у нашей знакомой, и это привело его в такой ужас, что он даже впал в депрессию на какое-то время. Аксенов, когда ему сообщили, что Слава умер в Галилейском море, сказал: «Какой изящный абрис судьбы». И я с ним согласна.

    Это был холодный день 29 января 1998 года — день тяжелой водолазной работы. Незадолго до трагедии в сети
    запутался приятель Курилова (они ходили парами), и Слава его распутал. А потом запутался Слава. И приятель стал его распутывать. Он разрезал нить, но к этому времени Славе уже стало плохо. Когда его подняли на поверхность, он махнул рукой, но когда его выносили на берег, его уже не было в живых. Когда он умер, у него было такое величественное лицо, как у древнего рыцаря или воина. При жизни оно у него было совсем другое — невероятно доброе, кроткое. А после жизни появился отпечаток величия. И была какая-то странная улыбка. У меня даже слов нет ее описать. Как бы улыбка знания. Потом она исчезла. А моя связь со Славой не
    прекращается до этого момента. Я, конечно, могу говорить только за себя, потому и не имею права сказать, что мы с ним так и не расставались, но душа моя соседствует с его душой — это точно, с тех пор, как мы с ним вместе. Это я не боюсь сказать, а декларации про то, что любила, люблю, буду любить, заставляют меня чувствовать себя дискомфортно…
    http://nedorazvmenie.livejournal.com/1031187.html

  3. Пустой звук вся ваша свобода, и возможность поехать в любую точку мира ,тоже брехня ,и часто вы пользуетесь такой возможностью

Ответить